Прогнуть мир [СИ + иллюстрации] - Михаил Востриков

не соврал. Приходи ещё, ты теперь наш.

Я улыбнулся и хотел уже сказать, что мне пора, как вдруг услышал:

— Ши! Ши-ши! Ши-ши-ши!

Не в голове и не в воде. Звук шёл из кустов таволги на краю утёса, с которого я спрыгнул. Все замерли. Я поднял голову и увидел — там, свернувшись кольцами, лежала крупная кобра с короной на голове.

— Шуи… — прошептал я.

И услышал в голове её голос — низкий, спокойный, с лёгкой усмешкой, которая слышалась даже в её шипении:

— Ну здравсствуй, Экола «Кобра» Бессти!

Я не мог пошевелиться. Не потому, что боялся — хотя боялся, ещё как, кобра есть кобра. А потому, что голос этот был из будущего, где принцесса-кобра Шуи Сисс была моей подругой, где она инициировала меня в змею и подарила мне змеиный подвес-свисточек.

— Как ты здесь оказалась? — удивлённо спросил я.

— Ушши-в-Ушши — ответила Шуи со своим неподражаемым акцентом. — Змеиная почта. Морсские змеи передали, что ссегодня на Ссулойсском утёссе будет человек-маг — наполовину змея, с иссторией про меня. Вот я и пришшла, интерессно же про ссаму ссебя посслушшать.

Её взгляд скользнул по золотому змеиному подвесу-свисточку на моей шее. Долгая пауза. Потом Шуи тихо сказала:

— Это мой.

— Да, — сказал я. — Ты сама мне его подарила в будущем. После того, как… — я запнулся, не зная, как сказать «после того, как весь мой род погиб».

— Этот подвесс ссделан из золотой чешшуи моей матери.

Океан молчал. Змеи не шевелились. Пеламеда подплыла к подножию утёса и подняла голову к Шуи:

— Ну что, принцесса? Веришь ему?

Шуи медленно спустилась по камням к самой воде. Её тело скользнуло в воду и я увидел, как морские змеи расступаются перед ней — не в страхе, а в почтении, принцесса же. Она подплыла к моему плоту из змеиных спин и остановилась в полуметре. Долго смотрела мне в глаза. Потом сказала:

— Я вижу ссвой подвесс. Я не помню, как его тебе дарила, но ты говоришшь, это было в будущщем… — она помедлила. — Я верю тебе. Не потому что температура, а потому что подвесс. Он не лжёт.

Вместо слов я просто кивнул.

Шуи кивнула в ответ и потянулась к моему плечу. Её тело коснулось моей кожи, и я ощутил слабый магический контакт — подтверждение: я тебе верю, я тебя принимаю.

И долго ещё потом, уже вместе со змеями, повторял им «на бис» смешные места своего рассказа, а змеи показывали друг другу: как шипел и гневался князь Мих, когда ужики Уси и Щус утащили у него из под носа все его золотые монеты, как шипела и раздувалась от зависти ветренная удавица…

* * *

Я вернулся домой уже далеко заполночь. Дед Сим не спал, ждал меня на крыльце.

— Всё хорошо, деда. Приплыли тысячи. Восторг! И Шуи тоже была. Змеи меня приняли.

— Принцесса-кобра Шуи из княжеского змеиного рода Сисс в Красной Окуме? Та самая, из твоего романа?

— Да, та самая, только ещё красивее!

Людоедский план

В приёмном зале замка владетельного князя Красной Окумы Миха VII из рода Ретт горели факелы. Сам князь Мих восседал в своём любмом кресле у камина и молча слушал. Он знал, зачем прибыли гости, и ему это не нравилось. Но его никто и не спрашивал — членов венценосного княжеского рода Герр не принято выпроваживать, даже если они приехали без приглашения.

За длинным столом сидели трое — известные столичные рейдеры, дети князя Гога Герр — родного брата главы государства великого князя Гула V.

Барич Грес Герр — тщедушный, с рыжеватыми волосами и надменным брезгливым лицом. Браслет мага на левом запястье отливал серебром.

Бева Алу Герр, его родная младшая сестра-погодка — красивая, черноволосая, с дерзким взглядом, который смотрел на всех, кроме отца и брата, как на прислугу. В отличие от брата, она закончила не один, а целых два курса из пяти в столичном общеобразовательном педагогиуме великокняжеского Учёного Двора. Характер — крайне стервозный.

Любое большое прибыльное дело в Союзе, эта парочка сразу же старалась присвоить себе самыми грязными методами — шантаж, убийства. И почти всегда — успешно. И всегда им это сходило с рук. «Неприкасаемые» — так звали их в народе.

Ган Глоо — маг «вне категорий» с платиновым браслетом на руке, макер-меламед секретного лефа «платиновых и дважды платиновых магов» Союза, находящийся на частной службе у семейства Герр. Контрразведка. Убийства — тихие, чистые, без следов, просто остановка сердца.

— Итак, макер Ган, — произнёс барич Грес, откидываясь на спинку стула. — Расскажите нам о результатах вашего расследования в связи с появлением трёх скелетов на берегу.

Маг коротко кивнул — не из почтения, а из вежливости — и начал говорить. Спокойно, без лишних слов.

— Сегодня утром на берегу Океана, чуть западнее Сулойского утёса, отлив обнажил останки трёх человек. Два скелета в латах и с оружием. Третий — без лат, но с медными пуговицами от форменного мундира чиновника великокняжеского Магического Двора, каким-то образом застрявшими у него в челюсти. Рядом — клетка-перевозка для арестованных магов и серебряный браслет с буквой М посередине — маг. Расстёгнутый!

Князь Мих поднял бровь.

— Как расстёгнутый⁈ Они же неснимаемые!

— Вот так! Расстёгнутый. Кто-то его снял с магика. Или что-то.

Барич Грес перебил:

— Кто эти люди? Установлено?

— Латы — стандартные, княжеская свита, без именных клейм. Оружие тоже. Один — около двух метров роста.

— Установим, кого сегодня нет в казарме, — вмешался в разговор князь Мих.

Ган Глоо продолжил:

— Мундир — форменный. Магический Двор. Пуговицы медные, с гравировкой двора. По описанию — это Грум Луцц, «дважды серебряный» маг, руководитель филиала двора в Красной Окуме. Все без плоти, без крови, без одежды — только кости и металл.

Бева Алу подалась вперёд:

— Так кто же снял с него браслет?

Маг помедлил. Потом сказал:

— Вот это — самое любопытное. Браслет расстегнуть невозможно, он залит сверхмощной защитной магией. Но следов магического вскрытия нет. Будто замок сам раскрылся, механически.

— Сам? — барич Грес фыркнул.

— Именно, — кивнул макер Ган. — Видимо Грум собирался кого-то арестовать. Но пропал, вместе с двумя свитскими и клеткой-перевозкой. А потом появились их скелеты на берегу.

Пауза. Грес потёр подбородок. Князь Мих нахмурился. Маг продолжил:

— Похоже, что браслет снят